Феномен «Исламского государства»: истоки, военный потенциал и масштаб террористической угрозы

Предпосылки возникновения и идеологическая основа

Создание и стремительное распространение влияния группировки на Ближнем Востоке обусловлены глубокой дестабилизацией региона после падения режима Саддама Хусейна в Ираке и начала гражданской войны в Сирии. Благоприятную почву для формирования псевдогосударственного образования создали разруха, острый дефицит рабочих мест и обилие незанятого мужского населения.

В религиозно-идеологическом плане боевики представляют ультрарадикальное суннитское течение. При этом их агрессия в первую очередь направлена против мусульман-шиитов (основная часть которых проживает в Иране, Азербайджане, Бахрейне и Ираке), которых они объявляют вероотступниками, не подлежащими прощению. В Сирии противостояние также усугублялось давними конфликтами с алавитским правящим меньшинством.

Вооружение, кадры и военная тактика

Вопреки стереотипам о хаотичных отрядах, военное ядро группировки включило в себя профессиональных военных из числа офицеров разогнанной иракской регулярной армии и специалистов из Ливии. В распоряжении формирований имеются:

• Опытные кадры: танкисты, зенитчики, артиллеристы и штабные специалисты;
• Тяжелое вооружение и бронетехника, захваченные на военных базах правительственных сил;
• Авиация: фиксировались данные о наличии у боевиков трех истребителей, которые впоследствии были уничтожены сирийскими ВВС на аэродроме базирования;
• Подразделения в киберпространстве: отмечается наличие одной из наиболее подготовленных хакерских команд в мире.

Вместе с тем подчеркивается, что вести полномасштабные наступательные операции конвенционального типа против суверенных государств боевики не способны из-за отсутствия эшелонированной системы ПВО и регулярного снабжения. Боевые действия ведутся в формате мятежвойны, очаговых боев в городской застройке и партизанских рейдов.

Террористические методы и внутренние регламенты

Основными методами устрашения и ведения войны для группировки стали захват заложников и показательные казни иностранных граждан и местных жителей, транслируемые через медиаканалы для деморализации противника. В частности, в сирийском городе Ракка, объявленном радикалами своей «столицей», был казнен российский инженер Сергей Горбунов, удерживавшийся в плену с требованием обмена на заключенного в Саудовской Аравии, а также американский журналист Джеймс Фоули. Похищение людей с целью выкупа превратилось в одну из главных доходных статей боевиков.

Внутренняя политика псевдогосударства опирается на собственные интерпретации шариатских норм. Издательский дом группировки «Аль-Химма» официально выпустил брошюру-инструкцию в формате «вопрос — ответ» («Su’al wa-Jawab fi al-Sabi wa-Riqab»), регламентирующую институт рабства и правила обращения с захваченными в плен женщинами («аль-саби»), распределяемыми командирами в качестве наложниц или живого товара.

Региональные противоречия и проблема курдов

Боевые действия в приграничных зонах обнажили клубок внешнеполитических противоречий. Показательным примером стали бои за сирийский город Кобани на турецко-сирийской границе, где против группировки оборонялось курдское ополчение. Попытки США снабжать защитников легким оружием и грузами с самолетов C-130 привели к тому, что часть контейнеров из-за отсутствия сплошной линии фронта попала в руки боевиков ИГИЛ. Турция, опасаясь усиления Рабочей партии Курдистана (РПК), длительное время ограничивала транзит курдских вооруженных формирований «пешмерга» через свою территорию.

Оценка террористических рисков для безопасности России

Прямое полномасштабное военное вторжение группировки на территорию Российской Федерации невозможно географически: отсутствуют общие границы, а на пути находятся сильные региональные игроки (Турция, Иран, страны Закавказья). Однако ключевая угроза носит террористический характер:

• «Террористический интернационал»: в рядах радикалов сосредоточены наемники из 70–80 государств, в том числе около тысячи русскоговорящих джихадистов (включая уроженцев Панкисского ущелья, Крыма и других регионов);
• Возвращение комбатантов: лица с боевым опытом и действующими паспортами могут свободно перемещаться и способны формировать законспирированные ячейки внутри страны;
• Попытки дестабилизации: риск смыкания возвращающихся боевиков с местными подпольными радикальными структурами («Хизб ут-Тахрир» и ваххабитскими группами), а также использование миграционных каналов и слабо контролируемых участков южных границ (со стороны государств Центральной Азии).