История ОКБ-16 и эволюция отечественного авиационного стрелково-пушечного вооружения
В центре обсуждения находятся малоизвестные страницы истории советского ОКБ-16, причины отставки и гибели Я. Г. Таубина, а также судьбы конструкторов А. С. Суранова и Б. Г. Шпитального. Участники сопоставляют архивные факты и мемуары, сопровождая дискуссию богатой подборкой уникальных архивных фотоматериалов по…
Конфликты и тайны ОКБ-16: Таубин, Нудельман и Суранов
Обсуждение началось с анализа обстоятельств ареста основателя ОКБ-16 Якова Таубина в 1941 году. В литературе и воспоминаниях часто упоминается сложная обстановка в отрасли и жесткая конкурентная борьба. Заместитель наркома вооружения В. Н. Новиков в мемуарах отмечал, что Таубин давал руководству страны завышенные обещания по пулемету АП-12,7, однако поставленные на испытания образцы оказались конструктивно не доведены и массово разрушались при стрельбе.
Отдельный вопрос исследователей вызвала судьба соавтора серии автоматических пушек А. С. Суранова. После создания систем НС-37 и НС-23 его фамилия фактически пропадает из публичных документов вооруженцев начиная с 1946 года. Участники предполагают, что уход мог быть связан с отсутствием законченного высшего образования: в 1946 году конструктор поступил на заочное отделение и закончил вуз только в 1951 году, после чего перешел в другую отрасль. Позже в конструкторском бюро ключевую роль занял А. Рихтер, в соавторстве с которым пушка НС-23 трансформировалась в широко известную НР-23.
Роль конструктора Шпитального и интриги в предвоенные годы
Фигура начальника ОКБ-15 Б. Г. Шпитального оценивается исследователями неоднозначно. Обладая колоссальным авторитетом у руководства страны благодаря созданию синхронного и крыльевого ШКАС, Шпитальный порой продвигал откровенно сырые разработки. В мемуарах советских оружейников отмечается безапелляционность его суждений и тяжелое восприятие критики, что наглядно проявилось в истории с неудачной доводкой тяжелой авиапушки Ш-37. В предвоенный период (1936–1939 гг.) между конструкторскими бюро велась жесткая борьба за калибры 12,7 мм и 20 мм, сопровождавшаяся постоянными рекламациями, докладами в наркоматы и взаимными обвинениями.
Зарождение авиавооружения: Первая мировая война
Развитие авиационного оружия началось с примитивной адаптации пехотных систем. На аэропланах применялись французские «Гочкиссы» со стальными отсекателями пуль на винтах конструкции Ролана Гарроса
, пулеметы Мадсена
и авиационные модификации «Виккерсов»
. Для обороны стрелков-наблюдателей классикой стали пулеметы Льюиса
. Также на закате Первой мировой появились специализированные двухствольные авиационные пулеметы системы Гаста
.
Советские турельные и синхронные системы межвоенного периода
В 1920–1930-е годы ВВС РККА перешли к разработке специализированных авиационных систем:
- ДА-2: спаренная турельная установка калибра 7,62 мм, монтировавшаяся на турелях Тур-6 на тяжелых бомбардировщиках ТБ-3
. Попытка ставить ее на автожиры А-7 оказалась тактически неэффективной из-за ограничений сектора обстрела несущим винтом.
- ШКАС: скорострельный пулемет Бориса Шпитального
, ставший основой авиавооружения 1930-х годов. Массово выпускался в крыльевом, синхронном и турельном вариантах (включая турель Тур-8 на Су-2
и спарки на бомбардировщиках СБ).
- УБ: 12,7-мм крупнокалиберный пулемет конструкции Березина в версиях УБС, УБК и турельном УБТ, устанавливавшемся в кабинах стрелков на Ил-2
и Ил-4.
Развитие малокалиберной авиационной артиллерии
По мере роста скоростей и бронирования самолетов произошел переход на пушечные калибры 20–37 мм. Массовой советской пушкой Великой Отечественной войны стала 20-мм ШВАК, монтировавшаяся на истребителях, штурмовиках Ил-2 и на турелях тяжелых бомбардировщиков Пе-8 (установка ТАТ)
. Чтобы исключить поражение хвостового оперения собственного самолета при круговом вращении башни, применялись механические бурты-контуры ограничения стрельбы.